Помогаю всем, но чувствую обиду и злость. Почему?

“Сам погибай, а товарища выручай.»

«Не имей сто рублей, а имей сто друзей.»

Многие из нас выросли на подобных пословицах. Достаточно вспомнить детские фильмы, на которых выросло несколько поколений женщин. Например, Золушку. Трудолюбивая, терпеливая, заботливая. Она много делает для других и почти ничего не просит для себя.

Конечно, это не только история Золушки. Подобные сюжеты снова и снова встречаются в детских фильмах, где забота о других поощряется, а собственные желания и потребности отходят на второй план.

С раннего возраста многие девочки усваивают важные правила:

·      Быть хорошей — значит заботиться о других.

·      Быть хорошей мамой — значит ставить детей на первое место.

·      Быть хорошей женой — значит думать о семье.

·      Быть хорошей подругой — значит не создавать проблем.

В своей работе я часто вижу, как со временем эти правила становятся негибкими.

Помощь перестает быть выбором и превращается в обязанность. Женщина помогает не потому, что хочет, а потому что иначе испытывает тревогу, вину или стыд. Ей трудно остановиться, попросить о помощи или открыто сказать о своих потребностях. Когда мы начинаем исследовать, как сформировался этот способ отношений, нередко оказывается, что когда-то он был очень полезен. Во многих семьях внимание к другим поощрялось и считалось признаком хорошего поведения.

А внимание к себе могло восприниматься как эгоизм.

Наверное, многие помнят фразу:

«Я — последняя буква в алфавите».

За ней скрывается важное послание:

·      Сначала другие

·      Сначала семья

·      Сначала коллектив

·      Сначала долг

·      А потом можно подумать о себе

Мы все слышали:

·      «Подумай лучше о других.»

·      «Мало ли чего ты хочешь.»

·      «Хотеть не вредно.»

Эти фразы знакомы многим из нас.

Только вместе с ними ребенок нередко усваивал еще одно послание:

·      Мои желания не так важны.

·      Мои потребности могут подождать.

Со временем мы начинаем замечать потребности других гораздо лучше, чем собственные. И этот навык стал очень отточенный.

В гештальт-терапии мы часто обращаем внимание на то, что кажется очевидным, но долго остается неосознанным. Женщина постоянно заботится о других, поддерживает близких, помогает и при этом продолжает чувствовать усталость, одиночество или нехватку поддержки. Она снова и снова делает для других то, чего самой не хватает. Но ее собственные потребности так и остаются неудовлетворенными. И тогда этот круг повторяется снова и снова. И, как говорится, а воз и ныне там. Вместо того чтобы обратиться за поддержкой напрямую, женщина продолжает заботиться о других.

Но есть один парадокс.

Если мне нужна поддержка, а я все время поддерживаю других, моя потребность может так и остаться неудовлетворенной.

Если мне нужна забота, а я постоянно забочусь обо всех вокруг, я могу продолжать чувствовать себя одинокой.

Тогда появляются усталость, раздражение, обида или ощущение, что тебя никто не замечает.

Не потому что люди вокруг плохие.

А потому что собственные потребности остаются непризнанными или не выражаются напрямую.

И потому что некоторые потребности невозможно удовлетворить косвенно через других людей.

В терапии мы не пытаемся отказаться от помощи или стать равнодушными.

Скорее мы исследуем, какую функцию выполняет помощь, когда она появилась и остается ли она полезной сегодня.

И постепенно учимся возвращать себе возможность выбора.

Помогать не потому, что должна.

Не потому, что иначе нельзя.

А потому, что действительно этого хочешь.

И одновременно помнить, что ваши желания и потребности тоже заслуживают места в отношениях.