«Свет мой, зеркальце, скажи…» или оценки наше все.
«Свет мой, зеркальце! скажи
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?»
Мы все знаем сторки сказки Пушкина.
Когда мы росли, этот персонаж воспринимался как «негативный», завистливый, злой. Мы можем увидеть это здесь, через эти строки.
«Ах ты, мерзкое стекло!
Это врешь ты мне назло…»
Царица злится настолько, что в конце концов бросает зеркало. Но давайте попробуем привнести сюда немного психоаналитического взгляда. В психоанализе есть понятие проекции — когда мы можем приписывать другим людям чувства, импульсы или качества, которые нам трудно заметить или принять в самих себе. И тогда вопрос такой:
Что происходит с нами, когда наше собственное «зеркало» вдруг перестаёт давать нам то подтверждение, которое мы ищем?
Когда партнёр не говорит то, что нам хотелось услышать. Когда высшее руководство не замечает нашу работу. Когда кто-то не ставит лайк, не отвечает, не хвалит. Когда мы видим, что другой человек оказался успешнее, красивее, талантливее или получил больше признания.
Мы можем почувствовать себя очень по-разному.
Мы можем разозлиться.
Расстроиться.
Почувствовать себя маленькими.
Провалиться в стыд.
Начать сомневаться в себе.
Иногда внутри очень быстро происходит переход от «меня не подтвердили» к «значит, со мной что-то не так».
И для многих из нас это знакомая история.
Мы росли в постсоветской системе, где нас с очень раннего возраста оценивали.
Оценки были в школе.
Оценки были в музыкальной школе.
Оценки были за физкультуру.
Оценки были за поведение, за достижения, за то, насколько ты соответствуешь ожиданиям взрослых.
И самое главное, оценки были на виду у всех.
Давайте вспомним хотя бы родительские собрания.
Если ты был хорошим учеником — все знали, что ты хороший ученик. Тебя хвалили, ставили в пример, ты получал свою своеобразную «медаль».
А если ты учился плохо или с чем-то не справлялся — об этом тоже могли знать все.
И ты получал не только плохую оценку.
Ты мог получить ещё и стыд.
И, конечно же, сравнение:
«А вот Маша…»
«А вот Вася…»
«Посмотри, как другие дети могут».
Как говорится, кто ходил в постсоветскую школу, тот в цирке не смеётся.
Мои американские друзья иногда очень удивляются, когда я рассказываю, как проходили экзамены в музыкальной школе. Ты выходишь, играешь перед комиссией — и тебя оценивают.
Для нас это тогда было совершенно нормально.
Мы росли внутри системы, в которой очень многое определялось извне:
хорошо — плохо,
правильно — неправильно,
пятёрка — двойка,
молодец — мог бы лучше.
Поэтому, возможно, неудивительно, что и во взрослой жизни мы иногда продолжаем искать эту оценку.
Только теперь вместо учителя перед нами партнёр. Yearly review or Upper Management, Коллеги. Родители, Cоциальные сети.
И где-то внутри всё ещё звучит старый вопрос:
Ну что? Я хорошо сделала?
Я молодец?
И если наше внешнее зеркало отвечает не так, как хотелось бы, мы можем очень быстро уйти в крайность:
Я хорошая или я плохая.
Я успешная или я неудачница.
Меня любят или я никому не нужна.
В Гештальт-терапии мне особенно близка идея, что изменение начинается не тогда, когда мы пытаемся срочно стать кем-то другим, а когда начинаем замечать то, что уже есть.
Кто я сейчас?
Что я сейчас чувствую?
Что со мной происходит, когда я не получаю желаемого подтверждения?
Может быть, первый шаг — не заставлять себя немедленно перестать зависеть от чужого мнения.
А просто заметить:
«Да. Я всё ещё часто ищу оценку».
«Да. Мне важно, что обо мне думают».
«Да. Иногда я всё ещё чувствую себя той восьмилетней девочкой, которая ждёт, какую оценку ей сейчас поставят».
Не ругать себя за это.
Не ставить себе ещё одну оценку за то, что мы «слишком зависим от внешней оценки».
А начать замечать, как эта система оценивания продолжает проявляться в нашей взрослой жизни.
Потому что в тот момент, когда я её замечаю, между мной и привычным паттерном появляется немного пространства.
И тогда чужое мнение постепенно может становиться именно чужим мнением, а не окончательным ответом на вопрос о том, насколько я хорошая или плохая.
